В комнате уже горело бра. Маша сидела, прислонившись к спинке кровати, подтянув одеяло к подбородку.

– Что-то случилось?

– Двоих наших зацепили.

– Сильно?

Андрей ответил лишь после того, как натянул джинсы:

– Достаточно.

Застегивая пуговицы рубашки и возясь со свитером, Андрей старался не смотреть на Машу. Романтика хороша на телеэкране, где опера только и ждут, когда их загонят в командировку, оторвав от праздничного стола или сдернув с кровати, в проливной дождь отправят на место очередной бандитской разборки. В реальности такой романтизм только мешает. Как по работе, так и в личной жизни. Многим ли женщинам понравится, когда мужчина ни свет ни заря бросает ее, чтобы мчаться на помощь людям совсем посторонним?

– Не стану говорить, чтобы ты был осторожным, если ты не скажешь, чтобы я не волновалась, – процитировала Маша фразу из старого кинобоевика, и Андрей наклонился, чтобы ее поцеловать…

А минутой позже уже топтался на улице, под «козырьком» парадной укрываясь от дождя и порывов холодного октябрьского ветра в ожидании своего напарника.

«Ну где же ты, Серега? Стыдно будет, если опоздаем. Придется полководцам заместо нас убийство раскрывать, что совсем не по понятиям. Это в приказе о поощрении наши фамилии могут замыкать список или вообще только угадываться между срок, а на место происшествия мы должны прискакать первыми, чтобы можно было раскрыть его по горячим следам…»

Нужный дом в конце улицы Камышовой представлял собой многоэтажное архитектурное творение 137-й серии. Возле подъезда – столпотворение милицейских машин, от иномарок с нулями на госзнаке до обшарпанных «козелков» патрульно-постовой службы. Оба лифта были застопорены, чтобы эксперты могли обработать стенки кабин спецпорошками для обнаружения пальцевых отпечатков, так что на восьмой этаж пришлось подниматься пешком.